История гомеопатии в России

Одними из первых врачей-гомеопатов в Российской империи были Шеринг (нем. Scherring) в Санкт-Петербурге, Штегеман (нем. Stegemann, ? — 1835) в Лифляндии и Бижель (фр. Bigel, 1769 — ?) в Польше. Шеринг узнал о гомеопатии от доктора Адама, который познакомился с Ганеманом в 1823 году и на следующий год приехавший в Петербург из Германии. Бижель, будучи лейб-медиком при дворе великого князя Константина Павловича, в 1822 году посетил Дрезден и там был свидетелем жарких дискуссий между сторонниками и противниками Ганемана. Приобретя и изучив «Органон», он стал использовать гомеопатию в своей повседневной практике. В 1825–1847 годах Бижель написал ряд трудов, за один из которых — «Экзамен теории и практики по методу лечения доктора Ганемана» (Лион, 1832) — был награждён орденом почётного Легиона. Первые попытки внедрения гомеопатии в систему государственной медицины были предприняты в 1831 году графом Н. С. Мордвиновым, после того как тот узнал о случаях успешного применения гомеопатии при лечении холеры. Стараниями Н. С. Мордвинова и других сторонников нового метода из числа дворянской верхушки, в 1833 году в России, при запрещении гомеопатии в правительственных и общественных больницах, частная гомеопатическая практика была официально разрешена и были учреждены первые специальные гомеопатические аптеки.

С этого момента началось стремительное развитие российской гомеопатии: в короткие сроки подготавливаются переводы важнейших трудов по гомеопатии, в Санкт-Петербурге организуется издание ежемесячного журнала «Гомеопатическое лечение», появляются первые гомеопатические аптеки. К 1868 году профессия врача-гомеопата в России достигает значительной автономии в связи с учреждением Общества врачей, занимающихся гомеопатическим лечением.

Гомеопатия была достаточно известна в среде русской интеллигенции второй половины ХIХ века, об этом свидельствует хотя бы тот факт, что упоминания о ней появляются в произведениях литературных классиков. В романе «Братья Карамазовы» Достоевский в юмористическом контексте упоминает про малые дозы, называя их гомеопатическими и «самыми сильными»:

— По азарту, с каким ты отвергаешь меня, — засмеялся джентльмен, — я убеждаюсь, что ты все-таки в меня веришь.
— Ни мало! на сотую долю не верю!
— Но на тысячную веришь. Гомеопатические-то доли ведь самые может быть сильные. Признайся, что веришь, ну на десятитысячную...
— Ни одной минуты! — яростно вскричал Иван. — Я впрочем желал бы в тебя поверить! — странно вдруг прибавил он.

Для классической русской литературы характерно представление о гомеопатии как о методе, который практикуют как врачи, так и энтузиасты, чаще всего дворянского происхождения. В романе «Отцы и дети», Николай Кирсанов, герой Тургенева, заказав в столице гомеопатическую аптечку, перевозит её в поместье. Интерес к методу испытывает и его оппонент Евгений Базаров, который, будучи нигилистом, ставил гомеопатию в один ряд с ботаникой. В «Войне и мире» Льва Толстого лечение гомеопатией показано как часть дворянского быта.